СУББОТА, 21 ОКТЯБРЬ 2017 ПОСТРАДАВШИЕ КТО МЫ КАК ПОМОЧЬ О ЧЕРНОБЫЛЕ КОНТАКТЫ

Ликвидатор последствий Чернобыля Константин Слав

Константин Слав с семьёй

Почему я оказался "за чертой"?

Я, Cлав Константин Николаевич, родился в многодетной сельской семье. Мой отец Николай Васильевич всю свою жизнь проработал в тракторной бригаде колхоза "Заветы Ленина". Он был человеком сильным, волевым и при этом щедрым и добрым. Моя мама Иустинья Сергеевна-мать семерых детей( умерла очень рано четверо детей были еще школьниками), умудрялась работать в школе и заниматься нашим воспитанием. Меня хорошо поймут те женщины у которых хотя бы двое- трое детей. До сих пор у меня и моих братьев и сестер сохранилась привычка быть во всем аккуратным, что в делах и поступках, что в ношении одежды. До сих пор я чувствую себя неловко, если посадил пятно на одежду, или если не свежий воротничок на рубашке. Давно ее нет, но и сегодня я слышу ее голос: "Сынок, так нельзя поступать, что о нас подумают люди? Ты у меня хороший, не разочаровывай меня".

Сейчас, когда я стал инвалидом, часто задумываюсь, как правильно нас воспитывали родители.

У отца на первом месте был колхоз, тракторная бригада, у матери школа - ее работа. Они, а потом и мы, их дети строили одно общество - Коммунистическое общество, где все будут равны в правах и благосостоянии. Сегодня я не могу сказать, что у моего отца полностью отсутствовала мысль о частной собственности. Он ругал колхозное руководство, говорил: "Нет хозяина на земле, общее - это ничье!".

Я не знаю, как на Западе люди понимают выражение "чувство коллективизма". Сейчас и у нас постепенно забывается это слово. О частной собственности было позорно даже и думать. На первом месте был трудовой коллектив - ячейка государства (заметьте, не семья, а трудовой коллектив - ячейка государства). На Западе многие нас не понимали, как можно прожить без частной собственности. Но мы жили и верили, что на первом месте государство, трудовой коллектив, а потом частное и личное. Так нас воспитывали родители, так нас воспитывала школа.

Как сейчас помню, мы всем классом были на экскурсии в окрестностях нашего села. Учительница заговорила о нашем будущем: "Я вам завидую, ребята, вы будете жить при Коммунизме. Очень жаль, что я буду уже старой". Мы тогда спросили: "А через сколько лет будет Коммунизм?" - "Не знаю точно, - ответила она, - Думаю, лет через двадцать". "Ох и долго", - тогда мы подумали. Может быть тогда, когда я поверил в то, что через двадцать лет мы будем жить при Коммунизме, тогда уже я наступил на край так называемой "черты бедности"?

Почему я должен был оказаться за этой чертой? Ведь я все делал, чтобы моя жизнь была лучше. В школе старался учиться лучше всех ( был председателем дружины пионерской организации, потом секретарем комсомольской организации). Это было непросто для мальчика из многодетной семьи. Ведь я в нашей семье был самый старший. Это значит, что все мои заботы о младших были на мне, так как родители работали от зари до зари. Кроме всего этого в личном пользовании каждого колхозника было небольшое подсобное хозяйство, так как работая в колхозе колхозник зарабатывал не деньги, трудодни. За трудодень, колхозник получал мизерную часть деньгами, а остальную часть в конце года мы получали в виде натурального продукта( пшеницы, кукурузы и овощами). Этого обычно на семью не хватало, поэтому каждый старался держать у себя подсобное хозяйство. Зачастую этим подсобным хозяйством занимались дети, так как у родителей после работы в колхозе не хватало на это ни сил, ни времени, ни здоровья. Взрослел я быстрее, чем мои сверстники. Уже после окончания 8-го класса у меня была твердая цель - быстрее приобрести специальность и пойти работать, чтобы чем-то как старший сын помочь родителям.

Поступаю в педучилище имени Антона Семеновича Макаренко. После окончания педучилища в 1973 году был призван в ряды Советской армии. Службу проходил в Башкирии в спец-частях Уфимского гарнизона. Перед демобилизацией опять стал вопрос, как жить дальше. За четыре месяца работы в школе до армии я понял, что работая учителем начальных классов с окладом 80-100 руб, я не только не смогу помогать отцу, братьям и сестрам, но и не смогу обеспечить себя. В армии я служил с ребятами из Донбасса, многие стали моими друзьями. Они много рассказывали о шахтерском крае, об их мужественной профессии шахтера. Я приехал с друзьями на Донбасс, устраиваться на шахту. Освоил профессию шахтера, работал на самых опасных работах (забой, проходка, взрывные работы), так как женился, а жилья нет, помощи ждать не от кого.

Через некоторое время понял, что как бы я хорошо не работал и не старался, обеспечить свою семью этого недостаточно, - надо учиться, надо расти.

В 1983 году поступил в Донецкий политехнический институт на вечерние отделение. Работать и одновременно учиться тяжело. Снимали комнатку в маленьком флигеле, где маленькие окна и почти всегда темно. В этих условиях растет наша дочурка. Мечтали о втором ребенке, но пока не получим квартиру, это невозможно. Несмотря на эти трудности я был счастлив. Счастлив от того, что со мной всегда рядом моя верная и милая спутница - моя супруга, счастлив тем, что у нас растет прекрасная дочурка.

Мы верили, что эти трудности временные, верили, что придет день, когда станет легче.

Очередной съезд Коммунистической партии через каждые 5 лет утверждает очередной 5- летний план развития народного хозяйства. Многие из нас верили, что следующая 5- летняя жизнь станет лучше, что каждая советская семья будет жить в отдельной благоустроенной квартире, только надо терпеть, надо лучше работать.

26 апреля 1986 грянул взрыв на Чернобыльской АЭС. Такой крупной техногенной катастрофы мир еще не знал. Возможно после этой катастрофы советско-американский диалог об ограничении ядерного вооружения приобрел более интенсивный характер. Для многих людей нашей планеты стало очевидным, что в ядерной войне не может быть победителя.

Эта трагедия внесла большие изменения и в мою жизнь, в мою семью. С сентября 1987 года я был призван на специальные военные сборы по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. По существующим тогда советским законам лица отслужившие срочную службу до 45 лет являлись военнообязанными и привлекались к различным военным сборам, где изучали новую военную технику или проходили переподготовку. Повестку на военные сборы принесли из военкомата ночью (я был на работе) и вручили супруге. По предписанию на повестке, я утром должен был явиться в военкомат. Явившись в военкомат я узнал, что через четыре часа нашу команду отправляют на военные сборы. Я расписался, что в случае отказа несу уголовную ответственность. Через четыре часа наши родные и близкие провожали нас как на войну. Все догадывались, что военные сборы будут проходить на Чернобыльской станции.

Ликвидаторы последствий Чернобыля

Попал в особый саперный батальон войсковой части № 53893. Наш батальон занимался ликвидацией последствий аварии в основном в подземных коммуникациях станции.

После взрыва на четвертом энергоблоке на станции возник пожар, который длительное время тушили водой. В результате этого, радиоактивная вода проникла глубоко в подземные коммуникации станций. После откачки воды все подземные помещения показывали сильный радиационный фон. Чтобы снизить радиационный фон до допустимых норм, воинам нашего батальона пришлось выдалбливать этот радиоактивный бетон отбойными молотками, закладывать эти помещения свинцом, а затем заново бетонировать.

Ликвидаторы в Чернобыле

В некоторых помещениях радиационный фон был настолько высок, что приходилось эту работу переделывать по два-три раза, чтобы добиться допустимого радиационного фона. Все "ликвидаторы" (так сейчас нас называют), кто собирал и сбрасывал руками с крыши станции радиоактивный углерод, кто строил "саркофаг", кто долбал радиоактивный бетон под станцией и все, кто работал в 30-километровой, зоне верили и понимали, что они спасают от радиоактивной заразы не только станцию, но и всю Украину и соседние государства в Европе. По подсчетам ученых в результате Чернобыльской катастрофы в атмосферу было выброшено радиоактивного вещества в 100 раз больше, чем на Хиросиму и Нагасаки во вторую мировую войну. Большая часть этого радиоактивного вещества собрана "ликвидаторами" и захоронена в "могильниках".

Мы тогда еще не осознавали, что нам придется многие годы встречаться друг с другом в больницах, а многих друзей и похоронить. Советский Союз распался. Украина, Белоруссия и Россия - три республики бывшего СССР, которые больше всего пострадали от аварии, каждая осталась отдельно со своей бедой. Украина - молодое самостоятельное государство еще не в состоянии оказать необходимую социальную поддержку "ликвидаторам" из-за развала экономики. Мы не в обиде на наше правительство, но многие из нас стали инвалидами, многие потеряли работу, не все получают эту мизерную пенсию, которая у многих не достигает и 80 долларов. Мне, как мужчине, трудно просить помощи для себя и своей семьи, хотя порою обидно становится, когда читаю запись в своей трудовой книжке: "Уволен в связи с обнаружившимся несоответствием выполняемой работе вследствие состоянию здоровья, препятствующего продолжению данной работы".

Потеряв возможность работать в шахте по диплому горного инженера, я пошел работать в общеобразовательную школу № 20 г. Донецка. Проработав год учителем трудового обучения я вынужден был рассчитаться по собственному желанию из-за того, что часто на уроках терял сознание и этим пугал детей. И теперь у меня третья группа инвалидности, которая у нас считается рабочей, но на работу меня никто не берет. Когда узнают, что я "ликвидатор" и вынужден, как минимум, четыре раза в году ложиться в больницу, сразу отказывают.

Я не знаю ответа на вопрос - "Как я оказался за "чертой?" (за чертой бедности). Вернувшись из Чернобыля, я стал часто болеть, из-за этого институт закончил на год позже. Не состоялась моя карьера на работе. На работе готовили меня назначить начальником участка. Закончил курсы резерва начальников участка в Макеевском научно-исследовательском институте. Закончил курсы ДонУГИ в Донецке (все с отличием). Но скоро попал в больницу почти на полгода. А получив группу инвалидности перестал и мечтать о служебной карьере.

Некогда могучая держава - Советский Союз под руководством Коммунистической партии могла легко одурманить огромную массу людей на любой подвиг во имя строительства будущего коммунистического общества, рассчитывая на наш труд почетной грамотой от имени партии или ходатайством о предоставлении жилья. К сожалению, не я один оказался таким обманутым. Давно уже рассекречены все документы, касающиеся ликвидации последствий на Чернобыльской АЭС, но не всю правду знают о "ликвидаторах" в других государствах. Я пишу не только от своего имени, но и от имени других "ликвидаторов". Многие из нас не верят, что кто-то еще может в этом мире нам помочь. Я буду доволен даже тем, что в другом государстве о нас узнают люди. Если прочитали мое письмо до конца, спасибо Вам большое.

С уважением Константин Слав, г. Макеевка, Украина.

<< назад
© 2007 Chernobyl Info. Все права защищены.